likynia

Category:

Король израильского блюза

27 января в «Гейхал ха-Тарбут» в Тель-Авиве пройдет концерт памяти выдающегося израильского музыканта, гитариста, блюзиста Рони Питерсона.

Рони Питерсон
Рони Питерсон

 Если сердце вздрагивает и замирает, когда откуда-то из глубины сцены из-под беглых пальцев раздаются переливы фортепиано, а от лучей софитов в глазах видны отблески саксофона, если вечер, проведённый в расслабленной и весёлой обстановке вам по душе, то джаз — та музыка, которая вам нужна! Одним из самых привлекательных для слушателей музыкальных жанров 20-го века по праву признан блюз – лаконичный, совершенный, способный в каждом пробудить эмоциональные переживания. Классическая очередность тоники, субдоминанты и доминанты – это сложившаяся за годы основа блюза.  Поэтому никого не удивляет возвращение к блюзу джазовых музыкантов, неизменно попадающих под очарование этого источника вдохновения.

Концерт будет вести Йоав Кутнер, в нем примут участие такие выдающиеся израильские музыканты как Шалом Ханох, Эхуд Банай, Зеев Нехама, Барри Сахаров, Рами Клянштейн, Марголь, «Ха-Йехудим», Дани Робос, Арик Синай, Мэй Файнгольд и многие другие исполнители, которые соберутся, чтобы своей музыкой и песнями почтить память Рони Питерсона. 


Музыка, воспоминания, ностальгия, дань уважение музыканту, которого называли «Король израильского блюза», звуки гитары которого звучали на концертах Шалома Ханоха, с которым Питерсон начал сотрудничать еще в 198 7 году, когда Ханох поехал в Америку искать новых музыкантов для своей группы. 

Именно Рони Питерсон сделал блюз неотъемлемой частью израильской музыкальной культуры, выступая по всей стране со своим ансамблем и принимая участия в концертах других израильских музыкантов. Он привозил в Израиль лучших блюзменов из других стран – тех, кто приезжал к нам специально, чтобы принять участие в его концертах, стать частью его музыки. Легендарный Би Би Кинг, с которым Питерсон сотрудничал, называл его «уникальной, захватывающей звездой». 


И вот его не стало – так неожиданно, так грустно. Жена и продюсер Рони – Нили Питерсон – устраивает этот концерт 27 января ради его памяти. Все, кто хоть раз слышал Рони Питерсона на сцене – приходите. 

Помимо Шалома Ханоха, Питерсон сотрудничал с Меиром Ариэлем, Рами Кляйнштейном, Ритой, Изхаром Ашдотом, Ритой, Ювалем Банаем, Дафной Армони и многими другими известными израильскими музыкантами. В последнее время Питерсон сотрудничал и с певицей-репатрианткой Дианой Гольби, победительницей 9-го сезона конкурса талантов «Рождение звезды» («Кохав нолад»).

«Рони Питерсон – король израильского блюза!» - эта фраза давно была известная израильским меломанам и джазистам. Так оно и было: Питерсон  был королем израильского блюза. Редко кто умел, как он, полностью завладеть залом, спеть блюз с широкой душой, как оно и полагается, ибо без души блюз – это однообразные песенки равнин и степей дикого Среднего. А с душой - это уже музыкальные эмоции, душевные переживания, чувства. 

Рони Питерсон – один из тех, кто привил израильтянам любовь к блюзу. Ему даже удалось внушить интерес к этому музыкальному жанру министерству иностранных дел Израиля, под эгидой которого Питерсон со своим ансамблем ездил на фестиваль джаза в Монтре в Швейцарию и в гастрольные турне по Южной Африке и Восточной Европе. Несмотря на то, что Питерсон плохо освоил иврит, он умел едко шутить на древнееврейском и даже вел одно время авторскую радиопрограмму на станции 103-FM. Питерсон стал заметной фигурой в Тель-Авиве – городе, где все себя мнят заметными фигурами, и в целом в музыкальной брандже страны, выпустив в Израиле несколько сольных альбомов и организовав несколько серий концертов: «100 процентов блюз», серию «Рони Питерсон приглашает», «Блюз в ночи». На этих концертах с Рони Питерсоном выступали как израильские музыканты, так и нью-йоркские величины джаза и блюза, соглашавшиеся приезжать в Израиль даже в разгар интифады, чтобы поиграть со своим старинным приятелем и коллегой, прекрасным музыкантом. 

Впервые Питерсон появился в Израиле по приглашению, как уже было сказано Шалома Ханоха, вместе со своим братом, вокалистом и басистом Рэем Питерсоном. Тогда Питерсоны вернулись в США, и Рони появился в Израиле вновь только в 1991 году, уже как новый репатриант. Питерсон – исконный американец, в Израиле очутился на волнах большой алии, точнее на одной ее волне – американской, репатриировавшись из Нью-Йорка в 1991 году. Хотя в Израиле до приезда Питерсона безусловно играли блюз, но он был первый, кто привнес на местную сцену традиции черного блюза, а не израильские песни в блюзовом варианте.

Вот что рассказывал Рони Питерсон лет 15 назад в интервью Маше Хинич: «Быть блюзовым гитаристом - это значит изменить свою жизнь еще круче: ты полностью теряешь режим, не ешь, не спишь. Все, что ты делаешь - это играешь блюз, пьешь, колешь наркотики и спишь с женщинами - иначе тебе не стать настоящим блюзовым музыкантом. И когда это прекращается, ты даже не понимаешь, кто же ты. Со мной это случилось в 25 лет. Я остановился и вдруг понял, что совсем не знаком сам с собой. В 25 лет до меня дошло, что у меня не было ни детства, ни юности. Я ведь - сын полка, ребенок, выросший на армейских базах (мой отец был военным), родившейся в Германии в американском лагере. Я – белый, еврей, ставший «черным» блюзовым гитаристом. В 25 лет я задумался над тем, кто же я, впервые после всех этих сумасшедших годков. Для начала, став взрослым, я несколько раз женился и развелся, организовал и развалил несколько ансамблей. Мои группы входили в рейтинг «Топ 40», мы играли в ночных клубах, зарабатывали и тратили огромные деньги, но все это было не то, что я хотел. У меня было немало друзей в Нью-Йорке, а до того, как там осесть, я провел 7 лет на дорогах с великим музыкантом Бенни Латимором. Америка - это не Израиль, где каждый день после концертов возвращаешься домой. Это - огромная страна. 7 лет я жил в гостиницах, 7 лет провел в компании с великими музыкантами. Я выступал со всеми черными звездами 1970-х годов. Единственная разница между нами была в цвете кожи, но я смог стать частью «семьи».

- Но вы ее в какой-то момент покинули?

- Да. Сойдя с гастрольной орбиты, я пожил немного у родителей во Флориде, а затем перебрался в Нью-Йорк и там мне было поначалу чрезвычайно тяжело. Блюз в начале 1980-х годов был не сильно популярен, настоящих блюзовых клубов просто не существовало, а я создал свою собственную группу на Манхетене. Сначала я играл в небольших клубах короткие сессии, позже же развернулся так, что к 1991 перебрался жить в студию - так много было записей. Домой я заскакивал только, чтобы переодеться. Это была безумная жизнь - концерты, записи, аудиции, встречи, и все это было глупостью, хотя мне случалось играть с великими музыкантами. Так что когда раздался звонок из Израиля, я уже был готов послать все к чертям и двинуть куда угодно. Правда в Израиле я уже бывал - в 1987 году, по приглашению Шалома Ханоха, но все равно плохо знал, что это за страна. Я только помнил, как мои родители смотрели передачи еще по черно-белому телевизору про Моше Даяна с повязкой и Голду Меир, тяжело спускавшуюся по трапу. У меня было много друзей-евреев, я знал несколько слов на идише, но вот где точно находится Израиль, как и большинство американцев, не представлял. Так что мой предварительный израильский опыт сводился к детским впечатлениям о том, что Моше Даян - настоящий воин. В 1987 году мне в три часа ночи позвонил продюсер Ханоха и сказал, что ищет гитариста для записей с Шаломом в Нью-Йорке. На следующий день мы с моим братом пришли в одну из лучших студий города и познакомились с Шаломом Ханохом, начали играть вместе и через некоторое время почувствовали, что играем уже не по нотам, а так, как и нужно - то есть душа в душу. С этой аудиции началась моя дружба с Ханохом и наши совместные выступления с ним, так что я заключил контракт в 1987 году и на три месяца приехал в Израиль, записал с Ханохом альбом, провел с ним концертный тур, билеты на все представления которого были проданы заранее. 

- А что же заставило вас - весьма удачливого музыканта, известного и почитаемого в пределах Манхеттена, да и всей большой Америки, в 1991 году перебраться в Израиль окончательно?

- Да я просто послал все к чертям собачьим. В Нью-Йорке жить было больше нельзя. Представьте себе - я зарабатывал кучу денег, меня знали во всех студиях, я давал столько концертов, что мне некогда было спать. И вот я с этой кучей денег иду в лучший суши-ресторан в Сохо, и что я вижу: вместо японцев там работают мексиканцы. Это ведь отголосок той самой искусственной, сладкой и вредной, как пончики, американской суб-культуры. Мексиканцы в японском ресторане! Нет, к такому я не привык, пошел в Сохнут и уже через два месяца был в Израиле.

- Как вам это удалось? 

– Удалось, как и все в жизни удается – благодаря знакомствам и личным связям, благодаря дружбе с Ханохом и другими израильскими музыкантами. Мои три месяца в Израиле в 1987 году были славными временами, именно тогда я понял, что в Израиле можно жить. Так что я очутился здесь в 1991 году как оле-хадаш, один сумасшедший американец в аэропорту с огромным количеством русских, правда среди них тоже было много музыкантов. На нашем нью-йоркском рейсе я был единственный репатриант, и уже через час после приземления очутился здесь, в Тель-Авиве – дома.

До репатриации я играл не только с Ханохом, но был знаком и работал с Ицхаком Клептером, Дани Литани – все они отлично пели и поют блюз, так что нельзя сказать, что до моего приезда в Израиль блюз здесь не исполняли, но вот то, что мне удалось – так это создать здесь постоянную блюзовую группу и более того: с этой группой представлять Израиль на международной арене на фестивале в Монтре в Швейцарии, а также на концертных турах и фестивалях в Южной Африке, Европе и странах Балтии – Польше, Эстонии, Литве и Латвии. Там наш ансамбль принимали именно как группу израильского блюза, хотя играем мы большей частью американские стандарты и мои композиции в стиле доброго старого черного блюза.

- Почему вы выбираете такую программу?

- Да потому, что я вырос с такой музыкой - она течет в моих жилах вместе с кровью. Я родился на американской военной базе в Германии. Когда мне было года два, родители перебрались обратно в Америку и мы довольно долго катались по всей стране, перебираясь с базы на базу. В школах я подолгу не задерживался, но музыкой увлекался с детства. Когда мне было 4 года, а брату - 7, нам на Рождество подарили по гитаре, и с тех пор я самостоятельно учился музыке, в немалой степени по блюзовым пластинкам, так что уже в 10 лет копировал альбом великого Би Би Кинга “Live and Well”. Когда мне исполнилось 15, наша семья осела в Майями, а я пошел к директору школы и через два часа убедил его, что вся система обучения прогнила, что научить меня ничему больше не могут, что я сам все могу прочитать, сидя в библиотеке. Короче, он меня отпустил и разрешил сдавать экзамены экстерном, так что я начал играть в ночных клубах. И вот, когда мне было уже 17 лет, и меня неплохо знали гитаристы и блюзовые музыканты, мне вдруг позвонил легендарный звездный пианист-блюзист Бенни Латимор и предложил срочно отправиться с его группой в турне по Америке! Как вам это описать? Это было как звонок с Луны, и естественно, я долго не раздумывал, так что после этого звонка семь лет катался по Америке: белый мальчик в группе настоящих черных, и сам стал черным, пил, курил, у меня не было дома, я семь лет прожил в гостиницах. Даже когда попадал на выступления в Майями - не шел к родителям, а ночевал в отелях. И вот - в возрасте 25 лет, все уже на свете перепробовавший, я вдруг оказался в Нью-Йорке – с деньгами и пустой головой. Мало помалу я завоевал там себе имя, создал собственную группу, участвовал в записи нескольких десятков дисков, но вот сольные альбомы начал выпускать только в Израиле. 

В Нью-Йорке мне пришлось заново доказывать себя: а ведь за время своего семилетнего путешествия по блюзовой Америке я выступал с самим Би Би Кингом (кстати, именно он сказал о Питерсоне слова простые, но значимые - “замечательный гитарист и изумительный артист”. Ронни Питерсон вновь встретился с Би Би Кингом в Иерусалиме в 1996 году. Легендарный маэстро, приглашая на сцену Ронни, сказал о нем: “Замечательный гитарист, восхитительный музыкант, дорогой мой друг!”), Альбертом Кингом, Джонни Тейлором Бадди Гаем, Дороти Мур , Тайроном Дэвисом и многими другими звездами. 

- Но ваша международная карьера началась в Израиле, несмотря на всеамериканскую известность?

- Да, именно Израиль оказался для меня стартовой площадкой, окном в Европу, хотя до этого я объездил все США. Когда а первый сюда приехал, то израильский продюсер Ханоха - Шмулик Борстайн - сразу сказал мне ”перебирайся сюда”. Тогда я подумал, что он сошел с ума, но он продолжал звонить, и чем чаще он звонил, тем больше я понимал, как ненавижу Нью-Йорк, но все равно относился к своему приезду в Израиль двояко: даже не сдал свою манхеттенскую квартиру. Период с 1991 по 1993 год был крайне плодотворен. Я выступал с Шаломом Ханохом и Рами Клянштейном, мы беспрерывно записывались. Всего тогда вышло 7 дисков с моим участием. Так что я постепенно завоевал себе имя и здесь, в Израиле. Я отлично себя чувствовал и чувствую здесь, хотя иногда израильтяне чересчур много говорят, а лучше бы делали все побыстрее. Я до сих не могу понять, почему на то, чтобы решить пустяковое 30-секундное дело, нужны недельные переговоры, но в общем, я отлично здесь вписался - тут полстраны состоит из таких сумасшедших как я. Я говорю не о мистике этой земли, а о ее специфике. Думаю, что я уже побывал тут в прошлых реинкарнациях, поэтому отлично выдерживаю местные реалии.

- Когда вы организовали в Израиле свой ансамбль?

- Вскоре после того, как здесь родился мой сын. Я возвращался из больницы, говорил сам с собой и думал, какое же случилось чудо! Я был причастен к этому чуду и тогда понял, что могу сделать что-то и для себя: например создать свою группу. Но это получилось не сразу, и в немалой степени я обязан Нили - моей нынешней жене и менеджеру, которая занимается всеми организационными делами, а мне позволяет сочинять и играть музыку.

- Маленький Израиль вас не ограничивает с точки зрения аудитории?

- В какой-то степени да, я часто вижу на своих концертах одни и те же лица, поэтому мы стали постепенно выходить на европейский рынок, который весьма благосклонно относится к нашей группе. Из Европы же я попытаюсь вновь завоевать Америку - с четырьмя сольными дисками, записанными в Израиле. Мне это необходимо: обстановку надо время от времени менять, уходить к новой публике, тем более что различные аудитории отражают различные культуры и, соответственно, дают мне и моим музыкантам новый опыт. В Израиле меня называют послом мирового блюза, в мире же - я посол Израиля, как ни громко это звучит. Мне удалось вывести израильский блюз на международную арену, что и доказал фестиваль в Монтре и серия концертов в Израиле с лучшими американскими музыкантами, в том числе и с Хайромом Буллоком.

- Вы брали уроки музыки у профессионалов?

- За всю жизнь я взял только два урока музыки: один игры на гитаре у Хайрама Буллока, когда мне было 16 лет. Минут через 10 он сказал мне: тебе нечему у меня учиться. А второй урок я взял у великого джазового гитариста Джо Пэсса. Я встретил его во время одной из поездок по стране и он дал мне трехчасовой, потрясающей интересный, интенсивный урок. С тех пор мы дружим.

Блюз нельзя выучить, потому что его нельзя копировать. Джаз и классику - можно. Блюз - ни в коем случае. В джазе можно перенять технику, а блюз - это сама душа, ее нельзя скопировать. В школе я играл на трубе в симфоническом оркестре музыку этого чертового Стравинского - одна техника, никаких чувств. Блюз - это жизнь, а жизнь другого человека нельзя повторить, только рассказать по-своему, прожить заново, стать частью его творчества. И в то же время Би Би Кинг всегда говорил мне “будь собой, будь собой”. Майкл Дэвис, Джонн Колтрейн, Би Би Кинг, Джимми Хендрикс и даже тот самый Стравинский - великие люди, но я хочу быть другим. В этом секрет блюза - быть собой. 

- Блюз - простая форма?

- Да. Блюз - это простая музыка. Джазисту нужно пятнадцать минут для того, чтобы выразить то, что я могу сыграть за две. Когда играешь блюз, гитара поет вместе с исполнителем, поет длинные протяжные песни, а не только задает ритм. Но на деле - все это глупости, инструмент - всего лишь средство коммуникации. На концертах мне не надо говорить, я все выражаю через свою музыку.

Заказ билетов на концерт памяти Рони Питерсона 27 января в «Гейхал ха-Тарбут» в Тель-Авиве - Zappa *9080
https://www.zappa-club.co.il/zappashow/ronnie-peterson/27-01-2020/20:30/


Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.